Марокко глазами европейца

marokko

Марокко – страна-загадка, страна-притяжение, страна «Тысячи и одной ночи». Соседство с Европой оставило след: от кранов в ванной до длинных бульваров. Но не обольщайтесь!  За ярким фасадом скрывается первобытная Африка с племенными предрассудками! Именно с ними столкнулся Тахир Шах, автор книги «Год в Касабланке».

Автор, устав от капризов британской погоды и бешеного темпа западной цивилизации, переезжает из промозглого Лондона в колоритное и жаркое Марокко. Но как известно, хорошо там, где нас нет. На протяжении всей книги автор учится сосуществовать с местными жителями, понимать их культуру, и делится приобретенным опытом с нами. Tatlm уже прочел книгу, и спешит поделиться с вами самыми интересным и удивительным*, с чем пришлось столкнуться автору в королевстве Марокко.

* В статье приведены дословные выдержки из книги. Прямая речь сохранена.

Джинны

Джинны — это сердце марокканской культуры. И как бы вы ни убеждали себя, что их не существует, вам это не поможет.

О джинах написано в Коране
Мусульмане верят в то, что когда Аллах творил человека из глины, он также создал из огня джиннов. Их называют по-разному, и они делят землю с нами, вселяясь, как это принято считать, в живых существ. Джинны рождаются, создают семьи, рожают детей и умирают точно так же, как и мы. Обычно они не видимы для людей, но по своему желанию могут принять любое обличье, чаще всего появляясь в сумерках в образах кошек, собак или скорпионов. Бывают добрые джинны, но большинство из них злые. Ничто не приносит этим существам большего удовольствия, чем досадить людям, которые, по их мнению, чинят им серьезные неудобства.

Самый простой способ увидеть джиннов
Вы идете туда, где убивают быков, и окунаете палец в теплую кровь. Прикладываете палец ко лбу, чуть повыше носа, и джинны сразу станут видимыми.

В Марокко обычай — фундамент жизни

«На Западе, когда что-то происходит, мы пытаемся выстроить логическую последовательность. Ваза разбивается, потому что ее роняют небрежные руки. Машина попадает в аварию из-за того, что дорога мокрая. Бродячая собака кусает ребенка, поскольку она одичала и представляет собой угрозу порядочному обществу.
Но в Марокко эти повседневные происшествия рассматриваются совсем по-другому. Часто причину их ищут в сверхъестественных силах, ну а краеугольным камнем местной системы верований, как известно, являются джинны. Они являются той лазейкой, в которую легко можно скрыться, свалив на них ответственность абсолютно за любой проступок.»

В Марокко пустующий дом магнитом притягивает злые силы. Оставьте дом пустовать на несколько недель, и вы сами не заметите, как весь дом заполнит невидимый легион джиннов.

 

«Не стой в опасном месте, уповая на чудеса»
Восточная мудрость

 

marokko

Эти забавные марокканцы

  • Марокканцы не слишком обременяют себя соблюдением дорожных правил – например, не выключают дальний свет фар, обгоняют с правой стороны и беспрерывно сигналят.
  • В большинстве арабских стран люди почитают могилы праведников, особенно суфиев-мистиков.
  • Марокканцы считают своим долгом помогать всем своим близким. Не прийти на помощь значит навлечь позор и бесчестье на семью. Эта замечательная традиция привела к тому, что каждый тут изо всех сил стремится заставить вас делать то, от чего вам, по его мнению, будет лучше.
  • На Западе покупка свежего мяса обычно означает поход в супермаркет с последующим обзором холодильников со стеклянными дверями и выбором понравившейся упаковки в полистироловой пленке.  В Марокко словосочетание «свежее мясо» относится к еще живому животному. Совершенно нормальным считается выбрать себе курицу из клетки, после чего ей отрубают голову прямо на ваших глазах. Тоже самое и с овцами. Частью покупки является наблюдение за тем, как животному перерезают глотку.

 В Марокко словосочетание «свежее мясо» относится к еще живому животному

  • В Марокко если нищий просит милостыню, ему подают лучшие плоды. Продавцы не спеша и внимательно выбирают лучшее яблоко, апельсин или сливу и вручают просящему с благословением.
  • Отправляясь в гости, возьмите немного муки, сахара и масла в подарок. Это старинный марокканский обычай означает, что ты пришел с миром.
  • В Марокко редко кто просит извинения за свои проступки. А уж если и говорится что-либо, то только для того, чтобы переложить вину на кого-нибудь другого (и на джинов в том числе).
  • На Востоке торговаться при покупке — благородное дело. Для настоящего марокканца уклонение от торговой баталии равносильно безответственности. Здесь на кону честь. Забыть поторговаться — значит навлечь позор на лавку.
  • В Марокко деньги — это последнее, о чем вы говорите. Сначала нужно выбрать то, что вы собираетесь купить. И лишь когда убедитесь, что это именно то, что вам нужно, тогда уже договариваетесь о цене.

— А как узнать заранее, хватит ли денег? — спросил я.
— Никак, — ответил Камаль, — для этого и нужно торговаться.

 

«Тот, кто предсказывает будущее — лжет, даже если он говорит правду»
Восточная мудрость

 

fes-krasilnia

Красильни Шуара. Фес.

Марокко в рассказах

Жить за счет работающего Абдулы

Наблюдая за сторожами и кучей их родственников, разместившихся в Дар Калифа (дом), я начал понимать древнюю систему трудоустройства, принятую на Востоке. Иногда ее называют «Жить за счет работающего Абдулы». Как только у кого-нибудь в семье появляется стоящая работа, все остальные бросают свои занятия и присасываются к нему как пиявки. В результате возникает замкнутый круг: ни одного нормального жалованья все равно не хватит. Чем дольше ты работаешь, тем больше денег тебе нужно, причем только лишь для того, чтобы содержать нахлебников. Каждый, кто имеет хороший дом и приличную работу, отягощен длинным списком лиц, живущих за его счет.

В Коране написано о джинах

Уберечься от пожара можно с помощью лягушки

— Единственный способ уберечься от пожара, — продолжил он, — с помощью лягушки.
Я удивился:
— Лягушки?
— Oui, мсье Тахир.
Осман жестами стал показывать, как работает этот метод.
— Сначала вы ловите лягушку, потом убиваете ее, высушиваете, натираете солью и вывешиваете на парадной двери.
— И каким образом это поможет, если в доме случится пожар?
Осман страшно удивился вопросу.
— Если дом начнет гореть, — пояснил он снисходительно, — вы просто снимете лягушку и положите ее себе в карман.
— И?..
— И когда вы зайдете в дом, пламя вас не коснется.

Для того, чтобы понять Марокко, нужно беседовать с немыми стариками

— Жить в Марокко — значит понимать его. А для того, чтобы понять страну, нужно беседовать со стариками. Только они могут научить вас нашим традициям.
— Но твой дедушка очень молчалив, — сказал я.
— После инсульта он лишился дара речи.
Мы снова сидели в молчании, но оно казалось мне приятным и значительным.
— Но каким же образом я могу узнать от твоего деда что-либо про местные традиции, если у нас нет возможности послушать, что он о них говорит? — спросил я.
— Есть такое понятие, как осмос, — пояснил Камаль. — Сядьте рядом с ним и сами все почувствуете.

В Марокко если нищий просит милостыню, ему подают лучшие плоды

Хочешь замуж: свари улитки в менструальной крови

Из разговора с продавцом улиток.
Затем он объяснил мне, что его предки были когда-то целителями. Они были берберами с гор и лечили больных только им известными средствами.
— Для приготовления этих средств использовались растения? — спросил я.
Продавец поморщился.
— Нет, мы всегда пользовались исключительно улитками. Они и есть лекарство, но больше денег можно заработать, если продавать их как пищу. Существует так много видов улиток, — поведал он мне с видимым удовольствием, — и у каждого вида свое применение. Морскими улитками можно лечить тиф, кашель легко снимается древесными улитками, а если женщина хочет заставить мужчину жениться на ней, ей нужно всего лишь поесть улиток, сваренных в воде с добавлением менструальной крови.

Восточное воспитание

По пути в Мекнес мы остановились в городишке Кемисет, где в придорожном кафе подкрепились острыми бараньими колбасками мергез. Когда раздался призыв к полуденной молитве, хозяин заведения расстелил коврик и склонился в молитве. Пока он молился, сын охранял коробку с деньгами. Все время, пока его отец совершал молитву, повернувшись в сторону Мекки, сын медленно хлопал в ладоши. Когда хозяин закончил молитву, он подошел к прилавку, а его сын снова убрал руки в карманы. Камаль заметил, что меня удивило, зачем ребенок хлопал в ладоши, пока его отец молился. Я счел это актом почтительности к родителю.
— Разве вы не поняли? — спросил он.
— Не понял что?
— Отцу нужно, чтобы сын сторожил деньги, — сказал он, — но он не верит мальчишке. Он подозревает, что сын стащит что-нибудь из коробки, пока он молится, повернувшись к нему спиной.
— И что?
— Именно поэтому он приказал сыну хлопать в ладоши. Если он не услышит хлопков, значит, мальчик запустил руку в коробку с деньгами.

 

«Если у тебя много, расплачивайся богатством, если мало сердцем»
Восточная мудрость

 

sad-magorel

Сад Мажорель. Марракешь.

Эти сложные марокканские работники

  • Марокканские рабочие вежливы и никогда не забывают длинно и цветисто поприветствовать хозяина. Когда они работают в вашем доме, то делают это с усердием, и не помышляя даже о том, чтобы попросить вас заварить им чаю. Если марокканцы захотят чаю, то приготовят его сами, на жаровне, которую они всегда держат вместе с инструментом. Они почти совершенство во многих отношениях, но у марокканских рабочих есть один существенный недостаток: они практически никогда не заканчивают работу. «Строители, как ни старались, никак не могли закончить начатую работу. Маляр останавливался прежде, чем сделать последний мазок кистью, а каменщик оставлял последний гвоздь не забитым до конца».
  • У марокканских работников лучший способ управлять заказчиком – это игнорировать его пожелания и приказы.
  • Марокканцу можно платить вперед только в одном случае — если вы хотите увидеть его затылок.
  • В Марокко к плотникам без пальцев относятся уважительно, как к людям, обретшим опыт. Считается что у лучших плотников вовсе нет пальцев.

 

Сказ о короле и работнике (мораль в конце)

Как-то в самом начале февраля я познакомился с известным марокканским архитектором. Я спросил у него, как удается королевским семьям доводить до конца хоть какое-нибудь строительство. Он погладил свою седую бороду и ответил задумчиво:
— Дело не в деньгах. Дело в контроле.
Я спросил его, что он имел в виду.
— Королевская семья веками покровительствовала традиционным марокканским ремеслам. Но большое заблуждение считать, будто мастер станет больше стараться, даже если он работает на своего короля. Для того чтобы мастер достиг совершенства в своей работе, его нужно денно и нощно уговаривать.
Архитектор рассказал, что когда король Хасан II, отец нынешнего монарха, строил Большую мечеть в Касабланке, он появлялся на строительной площадке настолько часто, насколько мог себе позволить.
— Он лично проверял инструменты и сам выбирал муалема, стоя над ним каждый раз по несколько часов. Если мастер допускал ошибку в работе на ширину волоса, король приказывал этому человеку собирать инструменты и уходить. Он прекрасно понимал, что об этом повсюду пройдет слух и этот ремесленник никогда больше не найдет себе работу.

Taghazout

Тагазут

Изгнание джиннов (как  оно было)

Изгнание джиннов началось. «Главный» надел свою чалму с позолотой и приказал открыть все двери и окна в доме как можно шире. Еще до начала процесса изгнания члены братства Иссавы надели на себя белые хлопчатобумажные джеллабы и медленно пошли по дому. Они разбились на группы по 3-4 человека и шли на цыпочках, ненадолго останавливаясь в каждом углу, прежде чем по диагонали отправиться в другой.
— Что они делают?
— Они ищут сердце дома, — сказал Камаль.
— А ты откуда знаешь?
— Это всем известно.
Для обнаружения сердца Дар Калифа (подразумевается дом) потребовалось более часа.

«Главный» покопался у себя в мешке и выудил оттуда пригоршню дешевых сальных свечей. Он вручил их самому старшему по возрасту экзорцисту, выглядевшему так, будто он вот-вот свалится замертво. Тот поцеловал их, прежде чем передать своим братьям. Свечи зажгли и поставили по углам двора. В центр двора был принесен и положен грубый квадратный камень. Двор превратился в храм, а камень — в алтарь.

Упорно сопротивлявшегося козла втащили в дом за рога. Потребовалось трое экзорцистов, чтобы притащить бедное животное к самодельному алтарю. Несчастная жертва сначала громко блеяла, но потом страх победил, и она замолчала. Казалось, козел знал, что произойдет что-то значительное.

Экзорцисты забили в барабан, сильно и размеренно, как будто извещали о чьей-то смерти. Этот ритм задал тон всему тому, что должно было произойти. Бум-бум-бум. Козлу связали ноги. Бум-бум-бум. Достали ножи. Бум-бум-бум. Поточили их друг о друга. Бум-бум-бум. Старший экзорцист вступил на алтарь. Бум-бум-бум.
Он закатал рукава и произнес басмалу:
— Би-сми-Ллахи-р-рахмани-р-рахим. Во имя Аллаха, милостивого и милосердного!
Бум-бум-бум. Лунный свет отливал сталью. Бум-бум-бум. Наступила тишина. Животное дернулось, и на терракотовой плитке появилась лужа темной маслянистой крови. Бум-бум-бум, бил барабан.

Самый старый экзорцист отрубил козлу голову, наклонился и обсосал рану. Трое других сделали шаг вперед следом за ним, коснулись свежей крови губами, пробуя ее, а затем перенесли козлиную тушу на середину двора. Кровь, стекавшую ручьем, собирали в банки из-под краски. Старый экзорцист взял два длинных ножа и освежевал животное. Сначала он разрезал ему брюхо и изучил внутренности, копаясь в них руками. Затем экзорцист отрубил нечто, походившее на почку, и целиком проглотил это. А затем он отрезал гораздо меньший кусочек и передал его одному из членов братства, который, в свою очередь, прибил этот кусочек к дальней стене двора.

— А что это такое? — заинтересовался я.
— Желчный пузырь, — ответил Камаль.
— А зачем?
— Он будет защищать дом.
Трубы затрубили вновь, их рев эхом пролетел по комнатам, словно послание о смерти. Экзорцисты исчезли. Я подумал, уж не конец ли это. Но тут члены братства стали возвращаться по одному. Теперь они были одеты в балахоны пшеничного цвета, поверх которых были традиционные для Атласских гор красные накидки с вышитыми зигзагообразными линиями. Головы экзорцистов украшали золотые и оранжевые чалмы, а ноги были босы. Каждый нес по музыкальному инструменту — барабаны из козьей шкуры, бендиры: керамические барабаны, тбилаты; деревянные трубы с отверстиями гхаята и огромные железные кастаньеты, гарагабы. После того как все вошли во двор, была отдана дань уважения расчлененному козлу.

Камаль и сторожа вместе со мной смотрели, как члены братства Иссава подожгли кучу тополиных листьев, раздули огонь и разнесли дым по дому. Они творили один и тот же ритуал в каждой комнате, орошая углы молоком и кровью и посыпая их солью. Они пританцовывали взад-вперед, тряся букетами дымящихся листьев в такт мрачной мантре. Экзорцисты бродили по Дому Калифа всю ночь напролет.

На рассвете я осмотрел гостиную, затем библиотеку и спальни наверху, но экзорцистов там не оказалось. В доме было очень спокойно. Все напоминало тишину, установившуюся после землетрясения. Недавние грохот и ужас сменились миром и спокойствием. Во всех комнатах были следы крови и пахло дымом. Запах был таким, как будто произошло что-то странное, даже невероятное. Что-то изменилось, хотя я и не мог точно определить что. Я пошел в садовый дворик. Там в комнате, в самом конце его, я нашел экзорцистов. Они сидели кружком на полу. Повсюду были свечи. Некоторые из них что-то монотонно напевали.

Старый экзорцист порылся в своем мешке, вынул оттуда петуха и поднялся с пола. Петух встрепенулся раз, потом другой. Резкое движение пальцев, и у него треснула шея. Тело птицы дрогнуло еще несколько раз, и голова отлетела. Старик дал крови стечь на пол. Пение тем временем достигло крещендо. Огонь свечей заколебался, словно бриз прорвался в дом. Кровь продолжала капать, когда забили барабаны. Один из членов братства, помоложе, попытался встать, но свалился на пол. Тело его закрутилось, затряслось, глаза выкатились из орбит. Барабаны забили громче и быстрее, звук стал похож на набирающий силу смерч. Второй экзорцист поднялся и упал, за ним третий. Барабанный бой становился все быстрее и быстрее. Я почувствовал, как меня затягивает. Казалось, что воздух исчезает из комнаты. Свечи потухли.

Единственная женщина из братства Иссавы встала и начала рвать на себе волосы. Глаза ее были плотно закрыты, а платье забрызгано воском и кровью. Барабаны не останавливались ни на миг. Их звук создавал фон, саму атмосферу. Женщина задрала широкие рукава джеллабы и впилась зубами себе в руку.
Барабаны продолжали бить. Они умолкли только тогда, когда солнце поднялось над верхушками финиковых пальм в конце сада. Экзорцисты легли на пол гостиной и снова уснули. Они были истощены. Наступила тишина.


Данная статья не освобождает вас от прочтения книги. Кто знает, может однажды вы тоже мигрируете в чудную страну Марокко. Ведь некоторые приемчики вы уже знаете.

Поделиться

Комментировать